Финансы

Бесконечная история: cтоит ли европейским банкам снова бояться будущего?

 

Бесконечная история: cтоит ли европейским банкам снова бояться будущего?

 

Если бы вам пришлось выбирать тот самый момент, когда кризисное будущее для европейских банков достигло «точки невозврата» и стало необратимым, что бы вы выбрали?

 

Солнечный июльский день в 2012-м, когда Боб Даймонд вынужден был уйти с должности руководителя британского банка Barclays из-за скандала с манипуляциями ставкой Libor?

Или осенний день этого же года, когда швейцарский UBS объявил о выходе из инвестиционного бизнеса с фиксированным доходом и увольнении 10 тыс. сотрудников?

А как на счет 12 сентября 2010-го, когда был оглашен документ под кодовым названием «Базель III», который изменил требования к капиталу банков настолько, что перевернул сферу финансов?

Все эти события можно назвать одинаково важными с точки зрения европейской финансовой истории. Но как же 21 мая 2015-го? Эксперт Bloomberg Эдвард Робинсон уверен, что именно этот день стал одним из решающих для всей индустрии.

 

Что произошло же произошло 21 мая 2015-го?

 

В этот день акционеры крупнейшего немецкого банка Deutsche Bank набились в арену Festhalle во Франкфурте, чтобы принять участие в одном из самых значимых и, честно говоря, наискучнейших банковских корпоративных ритуалов – в собрании акционеров, которое должно было оценить новую стратегию банка.

Но в этот раз скучно не было никому. Потому что почти 40% акционеров взяли да и проголосовали против сопредседателей правления Аншу Джейна и Юргена Фитшена. В итоге это стало колоссальным ударом по имиджу публичной компании, которой является Deutsche Bank, и по нервам ее коллег. Джейн ушел в июне, Фитшену разрешили официально доработать до мая 2016-го, но он все равно уже ничего не решает.

Наверно, ни одно событие так не встряхнуло индустрию, как увольнение Аншу Джейна и приход на его место Джона Крайена. Первый, 53-летний гений инвестбанкинга, сделал все, чтобы превратить Deutsche Bank в инвестиционную империю, растянувшуюся на 70 государств.

Неудивительно, что когда пришло время экономить, Джейн не захотел проводить кардинальные перемены. Банкир согласился на отказ от розничного Postbank и уход с рынков 12 стран, но утверждал, что Deutsche Bank все же должен остаться «глобальным и универсальным банком», не меняя «структуру своего ДНК», как того ожидали акционеры. В итоге и они, и рынок остались разочарованы, что привело к падению акций банка на 10% за неделю.

Росли и судебные расходы. Так, Deutsche Bank согласился выплатить штраф в 2,5 млрд долларов в рамках дела о манипуляциях ставкой Libor.

Все это сказалось на всей индустрии финансов. Причем это нельзя назвать просто сложным этапом, из которого в результате все выйдут живыми и здоровыми, чтобы снова наслаждаться очередным «золотым веком».

Индустрия проходит через такие масштабные метаморфозы, которые оставят свой след навсегда. Они кардинально изменят ядро мира финансов, всю ее операционную модель, считает эксперт Bloomberg Эдвард Робинсон. 

 

Уроки кризиса 2008-го

 

Инвесторы многих европейских банков в последнее время теряют терпение, и это не удивительно. С момента краха Lehman Brothers в сентябре 2008-го восемь крупнейших банков Европы объявили о масштабных увольнениях общим объемом в 100 тыс. сотрудников, заплатили штрафов на 63 млрд долларов США и потеряли 420 млрд долларов рыночной стоимости.

В 2015 году Deutsche Bank сработал с рекордным убытком в 6,8 млрд долларов, а с середины февраля финансовая индустрия дружно страдает от почти нулевых или отрицательных процентных ставок, проблем на китайском рынке, падения цен на нефть, а также от таких сильных опасений получить крупные расходы из-за судебных и нормативных требований, каких не было с 2008-го.

Только в прошлом году СЕО сменили такие банки, как Barclays, Credit Suisse, Deutsche Bank и Standard Chartered. И теперь этим новым руководителям нужно отыскать какой-то способ по наращиванию прибыли в условиях, когда банки вынуждены проводить реструктуризацию и одновременно с этим соответствовать ужесточившимся правилам от финрегуляторов, при это не забывая конкурировать с многочисленными финтех-стартапами, которые эти новые жесткие правила соблюдать не должны.

В результате европейские банки и банковские эксперты все чаще говорят о дежавю, имея в виду 2008-ой, и продолжают менять свои стратегии раз в полгода. Лондонские аналитики даже стали называть европейские банки «строительными площадками» — потому что они постоянно «перестраивают» свои системы в поисках новой, более стабильной прибыли.

Так, глава Credit Suisse Тиджан Тиам больше не верит в инвестбанкинг, поэтому намерен повысить доналоговый доход от отдела по управлению капиталом на 61% за два следующих года.

А новый руководитель Barclays Джес Стэли не стал терять времени и почти сразу после вступления в должность объявил о сокращении 1,2 тыс. сотрудников в инвестиционном подразделении, а также о закрытии офисов в Австралии и Азии.

Джон Крайен, новый СЕО Deutsche Bank, в свою очередь, укрепляет устаревшую технологическую инфраструктуру банка с целью повысить надежность систем по управлению рисками.

Однако достаточно ли просто увольнять людей и забыть про нестабильные инвестиции?

 

Универсальные банки вымрут?

 

С 90-х годов 20 века финансовые учреждения по обеим сторонам Атлантики всегда стремились к консолидации. Они становились своего рода финансовыми супермаркетами, которые стремились продать свои продукты максимальному количеству клиентов. Но однажды это просто перестало работать – эра универсальных банков прошла.

Сейчас предоставление финансовых услуг стало проще и дешевле, компании и банки могут оказывать их и без поддержки крупного партнера, который раньше был им жизненно необходим.

Клиенты это понимают, и банки это понимают. Но в процессе всей этой реорганизации индустрия становится все более нервной. Акции Deutsche Bank упали в цене на почти 10%, а стоимость кредитных дефолтных свопов выросла максимально с 2011 года из-за того, что аналитики пары лондонских банков сказали клиентам, что Deutsche Bank не сможет выполнить свои кредитные обязательства на фоне полученных годовых убытков. Крайен тут же отреагировал и сказал, что банк абсолютно надежен и даже готов выкупить долговые ценные бумаги, и это сработало.

Тем не менее, многим ситуация напомнила 2008 год, когда многие банки пытались заверить инвесторов в своей стабильности, что, как затем выяснилось, было не так.

В то же время такие новинки, как взаимное кредитование, мобильный банкинг, blockchain и биткоин, вынуждают банки упрощать процедуры, снижать комиссии и конкурировать по качеству с амбициозными новичками.

Банки, в свою очередь, пытаются как можно быстрее организовать фонды для инвестиций в стратапы и даже создать собственную цифровую валюту. Ведь, по данным американской компании CB Insights, в США и Великобритании сейчас около сотни стартапов конкурируют с банками в области только базовых банковских услуг.

В компании Innovate Finance подсчитали, что за последние два года в финтех-стартапы было вложено 24 млрд долларов. Но то, что банки вкладывают деньги в новые проекты, не значит, что они контролируют их – стартапы «переизобретают» систему финансов. И именно об этом говорили в 2016 году на Всемирном экономическом форуме в швейцарском Давосе банкиры и мировые финансовые эксперты.

Ведь, по сути, утверждает эксперт Bloomberg Эдвард Робинсон, вся банковская индустрия сводится к одному – стоимость сложности предоставляемой операции. А если стоимость снизится до минимума? На чем тогда будет основана работа банков?

Похоже, резюмирует специалист, пришло время вернуться к истокам и начать все заново.

 

По материалам информационного агентства Bloomberg

 

Источник: Banks.eu

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»